Редактирование:
Обращения немецкого командования к своим войскам
(раздел)
Перейти к навигации
Перейти к поиску
Внимание:
Вы не вошли в систему. Ваш IP-адрес будет общедоступен, если вы запишете какие-либо изменения. Если вы
войдёте
или
создадите учётную запись
, её имя будет использоваться вместо IP-адреса, наряду с другими преимуществами.
Анти-спам проверка.
Не
заполняйте это!
== Директивы для поведения офицеров 159-го гренадерского полка 69-й пехотной дивизии, 15.02.1945 == Нижеследующее довести до сведения всех офицеров полка<ref>ЦАМО, фонд 500, опись 12480, дело 212, листы 81-86</ref>. В получении необходимо расписываться. Этот документ имеют право читать и обсуждать только офицеры. Поскольку эти директивы необходимо применять в служебной практике и влиять в их духе на рядовых, их надо использовать в соответствующей приказу форме. Этот документ не должен попасть в руки врага. Офицер должен всегда иметь его при себе. При поспешном формировании офицерского корпуса в борьбе за '''[[Боевой состав крепости Кенигсберг на 05.04.1945|крепость Кенигсберг]]''' и ввиду прямо-таки невероятного поведения некоторых офицеров во время последних боев, необходимо открыто высказаться и апеллировать к нашей чести, к нашим историческим подвигам, к нашей присяге фюреру и народу. Каждый офицер должен принять это к сердцу. Все зависит только от нас. Каждый офицер должен горячо участвовать в нашей борьбе за свободу. Мы являемся самыми тотальными командирами из всех, какие только когда-либо были в истории немецкой армии. В нас должен гореть священный огонь, и только тот, кто сам пылает, может зажигать других. 1. Отступательные движения в середине января походили на бегство с целью унести домой в безопасное место вооружение и боеприпасы. Хотя эти явления, слава богу, наблюдались не везде, все же они имели место в столь многих случаях, что это не может не вызывать тревоги. Сам я слышал от многих солдат всех рангов такие слова: "Это - конец войны". Никто из нас не пожелает себе такого конца войны, и так конец войны не будет выглядеть. Победим мы. 2. Русские повели наступление на Германию, имея большое превосходство в военной технике, это их последнее наступление. Там, где несколько храбрых солдат, сплоченных вокруг мужественного командира, проявляли выдержку и давали надлежащий отпор, русские обретались в бегство. Русские, несмотря на свое численное превосходство, трусливы, и атакуют только при поддержке танков и артиллерии. Фигуры русских солдат, взятых в плен в последние дни, а также и раньше, являют собою столь жалкую картину, что поистине нельзя понять, почему немецкие солдаты бросались в бегство. Не следует задаваться вопросом о том, лежит ли часть вины за бегство немецкой пехоты на психологическом действии вражеской пропаганды или же на недостатках нашей собственной пропаганды. Я запрещаю обсуждать этот вопрос. Я требую от каждого офицера, чтобы он сам был "министром пропаганды" в своей части или подразделении и чтобы он так влиял на своих солдат словом, делом и примером, чтобы они стойко держались. 3. Наш полк действует в рамках крепости Кенигсберг и имеет твердо установленную правую и левую границу. Глаза и кулаки направлены на врага. Нашими телами мы защищаем от натиска наших большевистских смертных врагов запертое в городе население и неизмеримо высокие ценности прусско-немецкой культуры. На доверенном нам участке мы хотим выполнить свой долг и отдадим весь наш труд и все наши заботы этому участку. Наш горизонт и наши знания в настоящий момент слишком малы для того, чтобы позволить себе обсуждение вопроса о решении военных проблем текущего момента. Наши заботы весьма незначительны в сравнении с заботами нашего фюрера. Мы хотим облегчить ему его заботы, хотим иметь возможность честно сказать в будущем: "На нашем участке мы выполнили свой долг". Офицер всегда стоит в центре оценок как солдат, так и гражданского населения. Каковы мы сами, такова бывает и оценка, даваемая всей воинской части; какова наша жизнь и наше поведение, таково будет и суждение скептика, взвешивающего перспектива нашей победы. Мы всегда должны быть как следует одеты и выбриты. Мы никогда не приветствуем с согнутой рукой. У нас всегда образцовая выправка. В своих донесениях мы всегда говорим правду, без прикрас и без преувеличений. В своей жизни мы действуем согласно нашим национал-социалистским принципам. Мы соблюдаем верность. Мы считаем недопустимым участвовать в том "танце на вулкане", который наблюдался в крепости Кенигсберг в начале осады. Мы остаемся верными нашим женам. От полового возбуждения помогают холодные души или снежные ванны. Мы не хотим попасть в такое положение, которое заставило бы нас когда-нибудь краснеть от стыда перед теми, за кого мы сражаемся. 4. 159-й гренадерский полк входит в состав '''[[69-я пехотная дивизия (69. Infanterie-Division)|славной дивизии]]''' и упоминался в сводках ОКВ по поводу проявленной им стойкости в недавних боях под Шлоссбергом. Мы, старые солдаты 159-го полка, гордимся этим. Вновь прибывшие товарищи были тепло встречены, и мы ожидаем от них и такой же стойкости. 5. Фридрих Великий сформулировал положение: "Обращай внимание на мелочи! Они не лишены славы, они образуют первый шаг к победе". Во время отступательных движений последних недель одна "мелочь", а именно ежедневная подача горячей пищи для солдат, не выполнялась, здесь лежит одна на причин некоторых наших неудач. Командир роты является "королем в своей роте", потому что он взял на себя королевские обязанности. Справедливое распределение пищи, правильное регулирование караульной службы, духовное и материальное обслуживание солдат и другие моменты повседневной службы относятся к его обязанностям. Солдат, сидящий в окопе, в эти дни и недели особенно считается с каждым словом своего офицера. Поэтому надо быть осторожным с анекдотами, с высказываниями о положении, о начальниках. Совершенно недопустимым и преступным (так как это ведет к разложению) является такого рода объяснение судьбы немецкого населения в Восточной Пруссии: "Партия, дескать, оказалась совершенно несостоятельной". Рассуждения на эту тему опасны уже потому, что при этом забывают посмотреть на самих себя и спросить себя, не лежат ли причины неудачи в собственных недостатках. Товарищи, находящиеся на партийной службе, отличаются от нас, солдат, только другим цветом своей форменной одежды. В остальном они наши соотечественники - немцы, наши боевые товарищи и люди, которые подобно нам поклялись соблюдать верность фюреру, общим всем нам лозунгом является лозунг: "Победа над нашими смертельными врагами!". 6. Командирам рот приказываю ежедневно обходить все свои позиции. При этом командир роты должен удостовериться в том, как построены позиции, как идут фортификационные работы, каково состояние здоровья солдат, каково положение с боеприпасами, как обстоит дело с обмундированием и снаряжением и особенно с настроением и поведением солдат. Он должен выявлять циркулирующие среди солдат слухи, немедленно разоблачать их или тотчас же докладывать о них в письменном виде в штаб полка, докладывать о них по телефону категорически запрещено. Как раз в эти дни каждый офицер должен иметь особенно чуткое и бдительное ухо. Враг работает при помощи слухов, распространяемых агентами, громкоговорителями и другими средствами пропаганды. Напомню только о мнимой измене, якобы совершенной фюрером в пользу Англии. Тот, кто верит в такого рода нелепость, сам себе роет могилу и заслуживает быть разбитым. 7. В ходе войны создался тип "меркантильного офицера", видящего свою главную задачу в том, чтобы проводить обменные операции и торговать. В крепости Кенигсберг дошли в этом отношении до самых безумных уродств. За алкоголь можно получить любые вещи домашнего обихода, и даже военное имущество, радио и т.д. Мы, как национал-социалистские офицеры, решительно отвергаем эти махинации. Они несовместимы с честным поведением немецкого офицера. 8. Старое правило гласит, что грязное белье надо стирать в собственном доме. Личные мелкие амбиции важны только постольку, поскольку офицер усматривает в них некоторый положительный смысл. Молодые офицеры часто бывают склонны не принимать всерьез тех более старых офицеров, которые не имеют таких орденов, как они, и саботировать их распоряжения, пускаясь в "умные рассуждения". Это несовместимо с понятием немецкого офицера. Приказ есть приказ, и если какой-нибудь офицер думает, что он не может выполнить какого-либо приказа, то он должен доложить об этом с приведением достаточных оснований. Если ему тем не менее прикажут выполнить данный приказ, он должен выполнять его так, как если бы не имелось ничего лучшего. Ценность офицера определяется не имеющимися у него орденами, а силой его личности и его характера. Открытое признание совершенной ошибки делает честь каждому офицеру. Очковтирательство является преступлением и будет мною сурово наказываться. Все мы люди и потому совершаем ошибки. Но мы можем извлечь уроки из наших ошибок только в том случае, если мы дадим себе труд понять их и если у нас есть мужество признать их. 9. Ожидаемое генеральное наступление русских на крепость Кенигсберг требует от нас величайшей стойкости и твердости. Каковы мы, офицеры, таков будет и весь полк. Было бы совершенно неправильно везде и всегда применять дубинку, но бывает такие ситуации, в которых лучше образумить и остановить своих солдат дубинкой, чем передавать по телефону беспомощные донесения вышестоящим начальникам. В грядущих боях я не потерплю больше, чтобы командир роты являлся лично ко мне на командный пункт полка с докладом о положении, а на мой вопрос о местонахождении его роты не мог дать никакого ответа. Если командир отделения или взвода не выполняет своего долга, то командование отделением или взводом передается первому попавшемуся солдату, а бывший командир отделения (взвода) должен быть отправлен в окоп в качестве простого стрелка, вооруженного карабином. Я уполномачиваю на это каждого офицера. Точно также я буду поступать с любым офицером, не выполняющим своего долга. В критическом положении и вообще в бою дозволены все средства для удержания позиций. Я напоминаю о приказе фюрера. Я приказываю, чтобы в грядущих боях за крепость Кенигсберг офицер в необходимых случаях сам лично подвергал наказанию солдат, невзирая на их звание, с целью образумить их. Немецкий солдат не трус, но иногда он теряет самообладание. Я предоставляю офицеру решение вопроса о том, следует ли в том или ином случае для удержания позиции применить удар в грудь или пинок в задницу или только гневный взгляд или гневное слово. <u>Решающее значение имеет успех.</u> Однако, я напоминаю и о том, что молодой и неопытных офицер не должен делать отсюда того вывода, что подчиненных можно третировать как комок грязи. Все мы ведем общую борьбу, и командиры и подчиненные должны тянуть за одну веревку. 10. Солдата ничто так не интересует, как положение на его участке фронта. В этом отношении каждый офицер должен быть сияющей свечой, излучающей непоколебимую уверенность. Короткая беседа с солдатами, с показом на карте, рассеет сомнения насчет исхода борьбы за крепость Кенигсберг и вселит в умы уверенность. Приказываю, чтобы командир роты один раз в сутки вызывал к себе по одному солдату из каждого отделения и беседовал с ними по всем актуальным вопросам. Можно делать это и так: на участке каждого взвода вызывать по одному солдату от каждого отделения и коротко разъяснять положение, беседуя с ними в окопе. Каждый солдат, беседовавший с офицером, должен благотворно влиять на своих товарищей по подразделению подобно полезной бацилле. В настоящий момент распространяются слухи о том, что русский плен не так уж и плох. Факты свидетельствуют о другом, не говоря уже о том, что сдача в плен без борьбы противоречит солдатской чести. Необходимо по всякому поводу разжигать у солдат чувство мести за издевательство над нашими солдатами и особенно над нашими женщинами и девушками. Ненавидеть нашего смертельного врага - большевиков - является нашим само собой разумеющимся долгом. Предпосылкой является борьба, стрельба и уничтожение большевиков. 11. Там, где имеются радиоприемники, необходимо записывать сводки ОКВ и доводить их до сведения солдат. Не нуждается в дальнейших пояснениях тот факт, что в настоящий момент мы переживаем критическую фазу войны. Но не нуждается в особом упоминании также и то, что немецкий народ и его армия сумеют справиться с положением. На воротах Немецкого Рыцарского Ордена было высечено изречение: "Нет таких вещей, которые висели бы слишком высоко: меч доберется до всего. Ничто не устоит перед атакующим кулаком". Все наши заботы должны быть направлены на поднятие боевого духа. Там, где возможно, надо привлекать солдат к слушанию радиовыступлений Ганса Фриче, генерал-лейтенанта Дитмара, д-ра Геббельса и т.д. Необходимо использовать также газетные статьи и при всех собеседованиях всячески воодушевлять людей. Я требую от моих офицеров, чтобы они не только сами были преисполнены непоколебимой уверенностью, но и чтобы они излучали эту уверенность на окружающих. Ворчунов и равнодушных ко всему лодырей я без всяких церемоний буду удалять из моего офицерского корпуса. То обстоятельство, что у нас, как военных и политических вождей наших людей, больше забот, чем у них, составляют наше преимущество. Мы - единственные, но вместе с тем и совершение необходимые люди, к которым сидящие в окопах товарищи могут и должны обращаться, чтобы воспрянуть духом. А наши <u>личные</u> заботы не должны касаться никого из наших подчиненных. 12. Мы, офицеры, не являемся ни моралистами, ни сонями. Мы хотим чувствовать радость и проявлять ее. Там, где есть возможность собраться компанией, мы хотим быть веселыми и радостным. Если с алкоголем будет туго, я предоставлю его в ваш распоряжение. Если у меня будет время, я сам приму участие в ваших вечеринках, даже если не получу специального приглашения. Пьяных офицеров я не потерплю. Но быть слегка навеселе, острить и допускать маленькие вольности без нарушения дисциплины и с любезным выражением лица - всё это можно себе позволить. 13. Подвиги офицерского корпуса в теперешней борьбе за свободу уже вошли в историю, как говорит наш фюрер, и если в наших рядах были предатели, то каждый приличный офицер, само собой разумеется, отказывался называть их товарищами. Нашей главной добродетелью должно быть <u>безоговорочное</u> добровольное послушание даже в самых мелких вещах. Нашей главной обязанностью должна быть забота о вверенных нам солдатах. Нас должна наполнять неукротимая вера в победу нашей борьбы. У фюрера много верных ведомых, но самими верными ведомыми являются его офицеры. '''Командир 159-го гренадерского полка /Хойер/'''
Описание изменений:
Пожалуйста, учтите, что любой ваш вклад в проект «wiki-Prussia» может быть отредактирован или удалён другими участниками. Если вы не хотите, чтобы кто-либо изменял ваши тексты, не помещайте их сюда.
Вы также подтверждаете, что являетесь автором вносимых дополнений, или скопировали их из источника, допускающего свободное распространение и изменение своего содержимого (см.
wiki-Prussia:Авторские права
).
НЕ РАЗМЕЩАЙТЕ БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ ОХРАНЯЕМЫЕ АВТОРСКИМ ПРАВОМ МАТЕРИАЛЫ!
Отменить
Справка по редактированию
(в новом окне)
Навигация
Персональные инструменты
Вы не представились системе
Обсуждение
Вклад
Создать учётную запись
Войти
Пространства имён
Статья
Обсуждение
русский
Просмотры
Читать
Править
Править код
История
Ещё
Поиск
Навигация
Главная
Все категории
Новые страницы
Галерея новых изображений
Случайная статья
Свежие правки
ЗАГРУЗИТЬ ФАЙЛ
Справка по всем вопросам
О ПРОЕКТЕ
Версия
Разделы
Кёнигсберг
Советский Калининград
Вермахт
Красная армия
Населенные пункты
Промышленность
Фортификация
Фортификация Кёнигсберга
Биографии
Всё малоизвестное
Полезные ссылки
Кёниг-форум - местная история во все времена
Восточная Пруссия в литературе
ЭтоМесто - старые карты онлайн
Старые фото на карте
Фотоархив Восточной Пруссии
Пруссия39
Инструменты
Ссылки сюда
Связанные правки
Служебные страницы
Сведения о странице